Бомба замедленного действия: что не так с кредитованием в Казахстане?

Казахстанская экономика в 2024–2026 годах столкнулась с парадоксальной ситуацией: на фоне замедления роста ВВП и борьбы Нацбанка с инфляцией внутренний спрос продолжает "перегреваться", подпитываемый беспрецедентным кредитным бумом. Официальные отчеты рисуют картину стабильности, но за этими цифрами скрывается опасный разрыв между реальными доходами населения и долговой нагрузкой.

Кредитный взрыв

К началу 2025 года объем беззалоговых потребительских кредитов в стране достиг 11,7 трлн тенге, показав рост на 22,9% за год. Для сравнения: этот темп почти в три раза превышает уровень роста потребительской инфляции (8,6%). Это явный признак того, что в реальном выражении долговые обязательства домохозяйств в Казахстане существенно расширяются.

Сегодня кредиты имеют почти 9,1 млн казахстанцев – это большая часть трудоспособного населения страны. При этом средний долг по одному контракту вырос до 371,8 тыс. тенге. В то же время развитие финтех-сервисов сделало получение займа мгновенным. Жить в долг еще никогда не было так просто и обыденно.

Вопрос в том, какие последствия это может иметь для экономики в целом.

Долги растут, доходы – нет

Главный системный риск заключается в критическом расхождении между доходами населения и долговой нагрузкой. В то время как номинальные зарплаты в 2024 году выросли на 14,3%, реальные доходы населения (с поправкой на стоимость жизни) увеличились за то же время лишь на 3,5–4,0%. Вопреки увеличению ВВП (по темпам которого, кстати, Казахстан уступает соседям), жители страны не богатеют. И продолжают накапливать долги, поскольку жертвовать уровнем жизни и сокращать потребление большинство домохозяйств не готовы.

Существенный разрыв между ростом кредитования (22,9%) и ростом реальных доходов (4%) создает условия для внезапного дефолта, если экономический рост замедлится или рынок труда ослабнет. Кредит перестал быть инструментом для крупных покупок и превратился в "мост для потребления" – способ закрыть базовые нужды в условиях высокой инфляции.

Ипотечный пузырь под крылом государства

Рынок недвижимости Казахстана стал уникальным примером доминирования государства: Отбасы банк контролирует более 50% ипотечного портфеля страны. При базовой ставке Нацбанка в 18% рыночная ипотека стала фактически недоступной для большинства граждан, что сделало рынок полностью зависимым от льготных программ ("7-20-25", "Наурыз", "Отау").

Возникает опасная обратная связь: госсубсидии стимулируют спрос, что разгоняет цены на жилье, а это требует еще больших субсидий для поддержания доступности. Если государственное финансирование сократится, первичный рынок жилья может столкнуться с резкой коррекцией цен.

Вершина айсберга

Еще один важный вопрос: сколько кредитов, которые берут казахстанцы, становятся проблемными? Каков объем долга, который вряд ли когда-либо будет выплачен?

По официальной статистике, доля неработающих займов (NPL 90+) составляет умеренные 3,1%. Однако есть основания полагать, что это лишь вершина айсберга.

• Если включить в расчеты списанные долги и кредиты, проданные коллекторам, реальный уровень проблемных беззалоговых займов достигнет 15,0%.
• В корпоративном секторе ситуация еще тревожнее: почти четверть (24,25%) портфеля юридических лиц либо является неработающей, либо уже списана.

Низкие официальные показатели поддерживаются за счет агрессивной чистки балансов, но скрытый стресс внутри системы остается высоким.

Мягкая посадка или жесткий удар?

Регуляторы (АРРФР и Нацбанк) прекрасно осознают проблему. Они реализуют масштабную программу по охлаждению потребительского кредитования, которая уже позволила сократить рост его объемов (по некоторым оценкам, практически вдвое за 2025 год). Комплекс охлаждающих мер включает ограничения DSTI (долговой нагрузки к доходу) и новые лимиты DTI.

Закон о банкротстве физлиц также стал предохранительным клапаном: в 2024 году и за пять месяцев 2025 года было подано более 160 тыс. заявлений о банкротстве. Однако это лишь частично демонстрирует масштаб финансового бедствия: далеко не все проблемные заемщики проходят через эту процедуру.

Многолетний перегрев рынка потребительского кредитования ставит Казахстан в уязвимое положение. Да, огромные резервы Национального фонда (более 20% к ВВП) и низкий госдолг обеспечивают банкам подушку безопасности. Однако зависимость от субсидий и скрытые плохие долги делают систему крайне чувствительной к внешним шокам – например, к сбоям в работе трубопровода КТК или вторичным санкциям.

Сценарий 2026–2030 годов предполагает управляемое сдувание кредитного пузыря. Но для этого государству придется пойти на болезненные шаги: сократить льготное кредитование и приучить рынок жить по средствам. В противном случае кредитный бум рискует превратиться в отложенный кризис, который подорвет экономический прогресс последних лет.