Туда живьём, обратно в банке: как устроен казахстанский рынок чёрной икры

Казахстан имеет выход к Каспию, а по его территории протекает единственная река, где осётр ещё нерестится в естественных условиях. При этом чёрную икру страна покупает в России — более того, в 2025 году Казахстан стал её крупнейшим покупателем. Местные фермы производят лишь считанные тонны икры в год, государство выделяет субсидии, а инвесторы обещают увеличить производство до десятков тонн. National Business Kazakhstan разбирается, кто в Казахстане зарабатывает на дорогом деликатесе. 

Миллион долларов на российскую икру

В 2025 году Казахстан обогнал Беларусь и Армению и вышел на первое место среди покупателей российской чёрной икры. Федеральный центр «Агроэкспорт» оценил долю Казахстана в 27 %, Беларуси — в 15 %, Армении — в 8 %. Всего Россия продала за рубеж икры осетровых чуть больше чем на $3,8 млн.

По красной икре картина та же: Казахстан забрал 25 % российского экспорта и тоже стал первым.

По данным за прошлый год, в стране работает 35 осетровых хозяйств. Основная их часть сосредоточена в Атырауской и Мангистауской областях — рядом с Уралом, Каспием и инфраструктурой. Аналитики Tebiz Group оценивают долю местных производителей примерно в 30 % всего рынка икры, но в эту оценку входит и лососевая.

Крупнейшие фермы выдают по 1–3 тонны чёрной икры в год. Почти всё уходит на внутренний рынок: в розницу и рестораны. Но есть и экспорт.

Кто держит рынок

Крупных игроков в отрасли можно пересчитать по пальцам одной руки.

Caspian Royal Fish

В 2014 году проект стоил 1,16 млрд тенге, из них 375 млн дал «КазАгроФинанс». В экологической программе 2025 года ферма по-прежнему рассчитана на производство тонны икры в год. Компания не участвует в государственных закупках, с 2015 года заплатила 73 млн тенге налогов. По данным сервиса aData, у компании есть долг в 83 млн тенге по исполнительным производствам и 2 млн — задолженность по налогам, а также арест на банковские счета, имущество и запрет на совершение нотариальных действий.

У компании трое учредителей: Данияр Джалмагамбетов (он же руководитель), Бауыржан Кемалов и Аскар Таубаев. Последний также — учредитель ТОО «Атаба», ТОО «Группа компаний Атаба» и, возможно, является братом осуждённого за взятку экс-заместителя акима Атырауской области Нурлана Таубаева. Оба они из Атырау и у них одинаковые отчества — Бакытбаевичи.

Бауыржан Кемалов также владеет компаниями «Актау-балык-LTD», Ace Production, Pine Pro и другими.

Данияр Джалмагамбетов — соучредитель «Актау-балык-LTD» и «Атырау-Балык-LTD». В общем, полностью в рыбном промысле.

«Караганда-Осётр»

С марта 2016 года единственный учредитель «Караганда-Осётр» — Ольга Билак. Основатели 2013 года, Дмитрий Абильдин и Рада Молдабекова, вышли из состава в 2022 и 2021 годах. Директор с февраля 2022 года — Владимир Билак.

Билак  — не рыбник, а топливный бизнесмен. Он учредитель «Маркет АЗС», Star Oil Energy, «Бертыс-Терминал», «Хантер АГЗС», «Тумармунай» и «Центра технологических разработок». Ольга Билак владеет ещё и ТОО «Маркет Премиум». Получается, что осетровую ферму купили люди из нефтепродуктового бизнеса.

До июля 2021 года компания занималась только рыбоводством. Переработку добавили в январе 2022 года, а основным видом деятельности она стала в феврале 2022-го, когда пришёл Билак. Тогда же резко выросли налоги: 38 млн тенге в 2022 году против 3–4 млн до 2019 года. За всё время компания заплатила 216,8 млн тенге.

Компания получила сертификаты на:

• икру гибрида калуги и амурского осетра под брендом «Золото Каспия Премиум»;
• икру стерляди и сибирского осетра;
• партию осетровой икры;
• 100 живых самок гибрида калуги и амурского осетра (2022 год), а также на живого сибирского осетра.

OstFish

Компания живёт в основном на госзаказах. С 2016 года она заключила 17 контрактов на 773 млн тенге. Все контракты — на зарыбление рек молодью сибирского осетра. Только за 2026 год, по последним 10 договорам, набирается около 340 млн тенге:

• ВКО в 2026 году заключила шесть договоров примерно по 34,6 млн тенге каждый;
• Павлодарская область — 99 млн тенге в июне 2026 года;
• область Абай — 40,1 млн тенге 2 октября 2026 года.

За все 12 лет работы компания заплатила 114 млн тенге налогов.

Провал после визита Назарбаева. В 2015–2017 годах компания платила 3,5–4,5 млн тенге в год. В июне 2018 года ферму посетил тогдашний президент Нурсултан Назарбаев. Во время визита ему обещали выйти на 45 тонн рыбы и 4 тонны икры к 2022 году. Но налоговые отчисления, наоборот, упали: 1,9 млн в 2018 году, 228 тысяч тенге в 2019 году, 109 тысяч в 2020 году.

Оживление началось в 2021 году, а в 2025-м компания заплатила уже 38 млн тенге.

Сейчас единственный учредитель — Канат Батырханов, он в составе владельцев с января 2014 года. Остальные учредители вышли в 2026 году.

Батырханов — не рыбник. Он учредитель или руководитель «Квик-S», European Implant Solutions (медицинские импланты), Company D& D, Company DD Expo, «Мунара Проект». Также он руководит АО «Павлодарский речной порт».

10 лет назад осетровые фермы жили в основном продажей рыбы. Теперь новые проекты сразу закладывают икру как главный продукт.

Рыбная ферма Red Pearl в Мангистау

1 мая 2026 года в селе Кызылозен Тупкараганского района Мангистауской области прошла торжественная церемония закладки фундамента крупного инвестиционного проекта — комплекса по выращиванию осетровых рыб и производству чёрной икры.

Проект оценили в 5,6–5,7 млрд тенге с выпуском от 20 до 100 тонн икры в год. Но пока Red Pearl — это малое предприятие с одним сотрудником. До сих пор компания проходит разрешительный этап, согласует работы и эскизные проекты.

Формально стройка началась только в мае этого года. Разрешений СИТЕС и марок на икру нет, что логично для неработающей фермы. Но и цифры KAZAKH INVEST о 20 тонн икры в год пока не подкреплены ничем, кроме земли и проекта.

Кто владелец. Компанию зарегистрировал в апреле 2023 года Аян Баймаканов, а через два месяца её учредителями стали Swiss Choice Holding SA и ТОО «Industrial Fish Plant».

Swiss Choice Holding SA — инвестиционная холдинговая компания из Женевы, основанная в 1990 году. Холдинг вкладывается в образование, гостиничный бизнес, туризм и недвижимость.

Совет директоров. Президент — Кристиан Рей-де Руддер. С ноября 2018 года членом совета с правом совместной подписи является Нурлан Сыдыков из Астаны. То есть в руководстве швейцарского инвестора есть казахстанец.

Икорный проект готовят минимум с 2021 года. Тогда Кристиан Рей на встрече в комитете по инвестициям МИД объявил, что его компания вместе с Caviar House & Prunier Group SA вложится в казахстанское производство икры. Прошло пять лет, а стройка только началась.

Казахстанский экспорт

По реестру CITES Trade Database за 2022–2023 год (более свежих данных по Казахстану там нет), наша страна экспортировала осетровых:

Скорее всего, это продукция «Караганда-Осётр». Гибрид калуги и амурского осетра в больших объёмах, живые самки этого гибрида, икра стерляди и сибирского осетра — тот же набор, что в сертификатах компании.

Вся рыба в этих записях выращена в неволе и продана с коммерческой целью. Больше половины объёма приходится на гибрид калуги и амурского осетра, остальное — на сибирского осетра и стерлядь. То есть наша страна экспортирует осетровых в Россию, а затем покупает у неё икру.

Зачем казахстанскому бизнесу икра?

Ответ простой: маржа. Одна самка за жизнь приносит в икре больше денег, чем в мясе, а спрос на неё в Казахстане, судя по импорту из России, есть. Местный продукт пока не закрывает эту потребность полностью, но стремится к этому.

В 2022–2023 годах Казахстан, по собственным данным, ежегодно разрешал вывезти в Россию около 650 килограммов чёрной икры и 12 тонн живых осетров, а в 2025 году сам стал крупнейшим покупателем российской икры. В каком-то смысле даже в рыбном промысле наша страна выступает больше как сырьевой источник, нежели производитель готовой продукции. По аналогии с нефтью или рудой.

Как государство платит за осетра

В 2026 году объём субсидий на аквакультуру достиг 5,3 млрд тенге — в 11,5 раза больше, чем в 2021 году. Для икорного бизнеса важнее всего строка про маточное стадо. Самка годами ничего не приносит, а государство оплачивает половину расходов на её покупку и содержание.

У системы есть и обратная сторона. Порог в 25 тонн рыбы в год отсекает от инвестиционных субсидий небольшие икорные фермы. Хозяйству, которое держит маточное стадо ради одной-двух тонн икры, сложно показать такие объёмы. С 2026 года получатель инвестсубсидий также обязан работать в отрасли не меньше пяти лет. Минсельхоз заодно ввёл выездные проверки и обязательную фото- и видеофиксацию.

Кроме субсидий, есть дешёвые кредиты. С 2024 года проекты по выращиванию и переработке рыбы получают бюджетные займы под 2,5 %: 10 хозяйств уже взяли 8,7 млрд тенге. Закон об аквакультуре добавил кредиты под 5 % на оборотные средства и под 6 % на инвестиции.

Государство делает большую ставку на эту отрасль. До 2028 года в рыбном хозяйстве собрали пул из 41 крупного проекта примерно на 60 млрд тенге. Если ферма в Мангистау выйдет хотя бы на 20 тонн икры, Казахстан закроет собственный спрос и впервые получит, что предложить внешнему рынку.