Из найма в своё дело: пять историй казахстанцев, которые считали каждый тенге

За красивой историей про смелость открыть своё дело почти всегда стоит менее красивая история про расчёты: сколько денег было на старте, сколько ушло в первые месяцы, когда бизнес перестал требовать доплат из своего кармана и когда наконец начал приносить прибыль.

NBK поговорили с пятью предпринимателями из разных городов, которые за последние годы ушли из найма. У двоих цифры сошлись и бизнес продолжает расти. Один в итоге закрыл дело и вернулся на работу по найму. Двое до сих пор балансируют между небольшой прибылью и убытком. У всех пятерых на решения так или иначе повлиял новый Налоговый кодекс, который вступил в силу с 1 января 2026 года и изменил правила игры для малого бизнеса. 

История первая. Туроператор

Айгерим Сатпаевой было 34 года, когда она уволилась из отдела корпоративных клиентов алматинского банка. На прежней должности она получала около 550 тысяч тенге в месяц после вычета налогов, работа была стабильной, но полностью съедала личное время.

В 2022 году она зарегистрировала ИП и начала собирать собственные группы для однодневных туров по Алматинской области: Чарынский каньон, Кольсайские озёра, Алтын Эмель. Стартовый капитал составил около 1,8 миллиона тенге: аренда микроавтобуса на первые заезды, простой сайт, реклама в соцсетях и гид на аутсорсе.

Первые полгода бизнес работал в минус из-за неудачно спланированной зимней рекламной кампании, ошибка обошлась примерно в 300 тысяч тенге. Точку безубыточности компания прошла через 11 месяцев, когда появилась постоянная база клиентов и корпоративные заказы от компаний, которые организуют выезды для сотрудников.

Сейчас оборот превышает 25 миллионов тенге в год и продолжает расти. Ближе к концу 2025 года Айгерим наняла постоянного бухгалтера и заранее подготовила отчётность под новые налоговые правила, которые вступили в силу с 2026 года и снизили порог обязательной регистрации по НДС. Она считает, что именно эта заблаговременная перестройка учёта позволила бизнесу не просесть в момент перехода на новые условия, а первый квартал 2026 года компания закрыла с прибылью выше, чем годом раньше.

История вторая. Учитель

Марат Утегенов девять лет проработал учителем физики и математики в школе Шымкента, последняя зарплата на этой должности составляла около 380 тысяч тенге. Параллельно он много лет занимался репетиторством по этим же предметам, и именно этот приработок в какой-то момент начал приносить больше, чем основная работа.

В 2023 году Марат открыл онлайн-школу подготовки к ЕНТ. Вложения на старте были небольшими, около 700 тысяч тенге на съёмку курса и запуск рекламы, но он сразу нанял двух дополнительных преподавателей по другим предметам и модератора. Первый год он вёл бухгалтерию через приложение для самозанятых, хотя обороты школы уже превышали лимит, установленный для этого режима. Проверка выявила несоответствие, доначисление и штраф обошлись примерно в 900 тысяч тенге.

После этого Марат перешёл на упрощённый режим и на время выправил ситуацию, доведя оборот школы до 18 миллионов тенге в год. Дальше жизнь шла своим чередом, пока в 2026 году образовательные онлайн-курсы не попали в перечень видов деятельности с ограничениями по упрощёнке. Переход на общеустановленный порядок означал бы наём полноценного бухгалтера, ведение НДС при приближении к новому порогу и рост административной нагрузки, несопоставимой с масштабом небольшой школы.

Марат посчитал, что при новых требованиях чистая прибыль бизнеса становится ниже его прежней учительской зарплаты вместе с репетиторством и в марте 2026 года закрыл ИП. Сейчас он снова преподаёт в школе, а онлайн-курс оставил в записи как разовый источник пассивного дохода без активной поддержки учеников.

История третья. Организатор свадеб

Данияр Ахметов семь лет проработал в ивент-агентстве в Караганде, сначала помощником организатора, потом менеджером проектов по оформлению мероприятий. На последней позиции зарплата составляла около 420 тысяч тенге.

В какой-то момент он решил уйти из агентства и открыть собственное дело, взяв с собой часть клиентской базы и наработанные связи с поставщиками декора. Инвестиции на старте были минимальными, около 400 тысяч тенге на сайт и портфолио. Через год Данияр вложил порядка 3,5 миллиона тенге в собственное оформительское оборудование: конструкции для арок, текстиль, свет: частично из накоплений, частично в кредит. И обслуживание кредита до сих пор давит на маржу.

Формально бизнес окупил стартовые вложения за полтора года, но дальше стало сложнее удерживать стабильный результат. Годовой оборот в районе 30 миллионов тенге держит агентство рядом с новым лимитом упрощённого режима, введённым с 2026 года, а часть подрядчиков, у которых Данияр закупает текстиль и декор, сами работают на упрощёнке. Из-за нового правила, по которому такие закупки нельзя учитывать в вычетах при переходе на общий режим, любое расширение бизнеса грозит скачком налоговой нагрузки. Данияр пересчитывает финансовую модель почти каждый квартал: то один сезон закрывается с небольшой прибылью, то следующий уходит в минус из-за возросших расходов. По его словам, сейчас цель не рост, а удержание бизнеса на плаву без новых кредитов.

История четвёртая. Владелица сети кофейных точек

Жанна Ким восемь лет проработала в ресторанном деле в Астане, начинала администратором зала, дошла до позиции управляющей рестораном. Зарплата на последней должности составляла около 420 тысяч тенге.

Собственное дело она построила по знакомой модели: небольшие кофейные точки в бизнес-центрах и торговых галереях, без посадочных мест, с расчётом на поток офисных сотрудников. На запуск первых трёх точек Жанна потратила около 4,5 миллиона тенге: оборудование, кофемашины, витрины, первая аренда и депозиты.

Формат оказался рабочим, но маржинальность у таких точек изначально невысокая: аренда, зарплата бариста и стоимость сырья съедают большую часть выручки, прибыль держится за счет объёма, а не наценки. В 2026 году ситуацию усложнило то, что несколько бизнес-центров, где стояли точки Жанны, сами перешли на уплату НДС и потребовали от арендаторов такого же статуса, чтобы корректно оформлять счёт-фактуры по аренде. Регистрация по НДС при и без того тонкой марже означала, что часть точек перестала окупать даже аренду. Жанне пришлось закрыть две точки из пяти и оставить только те, где проходимость была выше среднего. Сейчас сеть работает почти в ноль, и Жанна не увеличивает число точек: пока не понимает, как выстроить модель так, чтобы новые требования арендодателей не съедали всю прибыль.

История пятая. Мастер по натуральной косметике, которая нашла нишу в новом режиме

Асель Нурланова 12 лет проработала технологом на предприятии по производству бытовой химии и косметики, зарплата на последней должности составляла около 450 тысяч тенге. Производственный опыт и знание рецептур стали её преимуществом, когда она решила запустить собственное небольшое производство натурального мыла и кремов ручной работы.

Стартовые вложения составили около 1,2 миллиона тенге на сырьё, упаковку и оборудование для варки мыла холодным способом. Почти год Асель недооценивала реальную стоимость упаковки и логистики, из-за чего маржа первых партий была ниже ожидаемой, и именно пересчёт полной себестоимости стал поворотным моментом бизнеса.

Окупаемость наступила примерно через год, а на второй год производство вышло на стабильную ежемесячную прибыль. С 2026 года Асель как самозанятая без наёмных работников попала в новый льготный режим: доход до определённого лимита в месяц, невысокий социальный платёж и нулевой подоходный налог. Её оборот пока укладывается в этот лимит, и по расчётам, которые она сделала вместе с бывшим коллегой по бухгалтерии, этот режим сейчас выгоднее упрощёнки или общего порядка. Единственный риск, который Асель называет открыто: если производство продолжит расти теми же темпами, через год придётся выбирать между сознательным ограничением оборота ради льготного режима и переходом на ИП с более сложным и дорогим учётом.

Ни один из героев не называет уход из найма импульсивным решением, у каждого была финансовая подушка на несколько месяцев без стабильного дохода, и у каждого реальная окупаемость вложений заняла от года до двух лет. У кого-то новое дело выросло из смежной профессии, как у Данияра и Марата, а кто-то ушёл в совсем другую сферу, как Айгерим из банка — в туризм.

Но дальше пути разошлись, и во многом на это повлияло не только качество продукта или спрос со стороны клиентов, но и то, насколько бизнес был готов к изменению правил, по которым он платит налоги. Кто-то подготовился заранее и вырос, кто-то оказался зажат новыми лимитами и требованиями арендодателей или партнёров и до сих пор балансирует на грани прибыли, а для кого-то новые требования стали последним аргументом в пользу возвращения на постоянную работу.