Казахстанским брокерам открывают биржи ЕАЭС. Что изменится для бизнеса
Новое соглашение откроет казахстанским брокерам прямой доступ к биржам ЕАЭС, но не к клиентам в других странах Союза
6–7 августа в городе Чолпон-Ате (Кыргызстан) прошло очередное заседание Евразийского межправительственного совета (ЕМПС), в этом графике заседание значилось ещё с марта.
По итогам встречи главы правительств пяти стран ЕАЭС подписали три соглашения — об электронной торговле, взаимном признании документов об учёных званиях и допуске брокеров и дилеров к биржам других стран Союза. Последнее напрямую касается финансового бизнеса: оно позволит участникам рынка выходить на биржи других государств ЕАЭС по лицензии своей страны.
Что закрепляет документ
Соглашение решает конкретную техническую задачу: брокер или дилер, лицензированный в одной стране ЕАЭС, получает возможность напрямую участвовать в организованных торгах на бирже другой страны союза без необходимости получать там лицензию заново. Основанием служит лицензия, выданная уполномоченным органом страны, где зарегистрирован брокер или дилер.
Казахстанская сторона одобрила этот подход ещё на стадии проекта. Доступ предоставляется на условиях не менее благоприятных, чем условия, предоставляемые биржей (организатором торговли) брокерам и дилерам, зарегистрированным на территории этого другого государства-члена: то есть по принципу национального режима, без дискриминации иностранного участника относительно местного.
Как это выглядит на практике сегодня, объясняет Дмитрий Акмаев, PR-менеджер Halyk Finance:
«Доступ к торгам на зарубежных площадках компания сейчас получает через открытие брокерских счетов и использование существующей инфраструктуры доступа к соответствующим рынкам, тогда как создание дочерних структур или иных форм прямого присутствия требует существенно больших финансовых и организационных ресурсов — отдельной юридической и операционной структуры, разрешений и процессов в каждой юрисдикции».
Соглашение о допуске брокеров и дилеров, по его словам, интересно рынку именно как более дешёвая альтернатива этому пути — способ расширять присутствие на биржах ЕАЭС без необходимости каждый раз строить локальную инфраструктуру с нуля.
Частичное, а не полное признание лицензий
Именно здесь формулировки в публичном поле расходятся с тем, как соглашение описывает сама ЕЭК в своих методических материалах. В популярном изложении документ обычно называют «взаимным признанием лицензий брокеров и дилеров». Эта формулировка предполагает, что казахстанская лицензия становится полноценным пропуском на любой рынок ЕАЭС.
«Соглашение устанавливает в рамках действующих локальных законодательств частичное признание лицензий брокера и дилера, ограничиваясь только проблемой допуска к биржевым торгам и запрещая брокеру из одной из стран Союза привлечение на брокерское обслуживание клиентов из остальных стран ЕАЭС».
Так это описано в собственной презентации ЕЭК по формированию общего финансового рынка Союза. Разница принципиальна для бизнес-планирования: соглашение открывает доступ к бирже, а не к рынку клиентов. Казахстанский брокер сможет исполнять сделки на Московской или Белорусской валютно-фондовой бирже, но не сможет на основании этого документа открывать филиал и набирать клиентскую базу в России или Беларуси. Привлечение клиентов там по-прежнему требует отдельной национальной лицензии и регистрации в стране присутствия.
Отдельный вопрос — распространяется ли это на клиринг и депозитарный учёт: открытые источники здесь расходятся. По оценке Дмитрия Акмаева, соглашение в первую очередь регулирует допуск брокеров и дилеров к участию в организованных торгах, но также предусматривает возможность участия в клиринге, получения технического доступа и открытия соответствующих счетов в депозитариях. При этом ключевым результатом для брокера остаётся именно допуск к сделкам на бирже, а конкретные процедуры клиринга, расчётов и депозитарного учёта, по словам Акмаева, реализуются самими инфраструктурными организациями через собственные соглашения между собой, а не напрямую текстом этого документа.
Кто из стран ЕАЭС уже представлен на KASE
Прежде чем оценивать эффект соглашения, стоит взглянуть на то, с какой стартовой точки оно начинает работать. Проверка актуального списка членов KASE показывает: среди них нет ни одного брокера или дилера из Армении, Беларуси, Кыргызстана или России. Прямого доступа брокеров-нерезидентов из стран ЕАЭС на KASE сегодня попросту не существует — соглашение, если оно вступит в силу, будет запускать этот механизм с нуля, а не расширять уже действующий.
Читайте также
Присутствие соседей по Союзу на бирже сейчас ограничено двумя форматами. Первый — наднациональные институты: Евразийский банк развития (учреждён Россией и Казахстаном, среди участников также Армения, Беларусь, Кыргызстан и Таджикистан) регулярно размещает облигации на KASE — последний выпуск состоялся 18 августа этого года.
Второй — локально зарегистрированные структуры: дочерняя организация АО «Банк ВТБ (Казахстан)» числится эмитентом на KASE, но это казахстанское юридическое лицо российской банковской группы, а не пример трансграничного доступа российского брокера напрямую по российской лицензии.
Похожая картина — с уже действующим соглашением о трансграничном допуске ценных бумаг (в силе с 11 июля 2025 года). Белорусская сторона подтверждает, что механизм юридически работает: замначальника управления Минфина РБ Татьяна Гриб поясняла, что если бумаги белорусского эмитента допущены к торгам в высшей категории листинга Белорусской валютно-фондовой биржи, эмитент имеет право подать заявку на любую другую биржу в стране ЕАЭС и получить доступ к новым инвесторам. Но в ленте размещений KASE за последние месяцы среди эмитентов — только казахстанские компании и наднациональные банки развития; ни одного случая, когда белорусский, армянский или кыргызский эмитент реально разместился на KASE через этот механизм, найти не удалось.
Акмаев подтверждает ту же картину и с инвесторской стороны: интерес к бумагам эмитентов из других стран ЕАЭС у клиентов Halyk Finance есть, но говорить о значительном эффекте именно от соглашения о трансграничном допуске ценных бумаг пока преждевременно: для этого нужно время, как на расширение числа доступных инструментов, так и на формирование устойчивого спроса.
Стоит не путать KASE с Astana International Exchange (AIX) — биржей МФЦА, работающей по английскому праву в отдельном правовом периметре: именно туда, а не на KASE, в 2023 году переехал листинг Polymetal (ныне Solidcore Resources) после редомициляции в Казахстан. Правила и участники у двух площадок разные, и соглашение ЕАЭС регулирует именно национальные биржи вроде KASE, а не AIX.
Как соглашение дошло до подписания
Проект документа обсуждается в структурах ЕЭК далеко не первый год: коллегия комиссии одобрила его как основу для переговоров ещё 29 сентября 2020 года, после чего он прошёл длительное внутригосударственное согласование во всех пяти странах Союза. В Казахстане, по данным «Казинформа», проект указа о подписании соглашения был внесён правительством на рассмотрение президента в августе 2025 года; глава государства одобрил его в качестве основы для подписания весной 2026-го. Финальное подписание главами правительств состоялось 7 августа в Чолпон-Ате.
Когда это заработает
Подписание не то же самое, что вступление в силу. Соглашение затрагивает права и обязанности участников рынка ценных бумаг во всех пяти странах, а значит, по общей практике международных договоров ЕАЭС, для его вступления в силу требуется завершение внутригосударственных процедур в каждой из стран-членов — как правило, ратификация. По формулировке, на которую в разговоре с National Business Kazakhstan ссылается Дмитрий Акмаев, соглашение вступает в силу после получения депозитарием (эту функцию для договоров ЕАЭС выполняет ЕЭК) последнего письменного уведомления о выполнении всеми государствами-членами необходимых внутригосударственных процедур. До завершения этого цикла во всех пяти странах документ подписан, но не действует. Ни ЕЭК, ни казахстанская сторона пока не публиковали график ратификации применительно к этому конкретному соглашению. И, как отмечает Акмаев, прогнозировать конкретные сроки было бы преждевременно: это сфера межгосударственного и регуляторного процесса, а не рыночной динамики.
Что будет, если соглашение ратифицируют все пять стран
У этого сценария есть недавний и проверяемый прецедент — соглашение того же пакета, регулирующее не доступ брокеров к биржам, а трансграничный допуск самих ценных бумаг к размещению и обращению. Главы правительств подписали его 31 января 2025 года в Алматы; ЕЭК сразу же уточнила, что подписанный документ направлен в страны Союза для прохождения внутригосударственных процедур, необходимых для вступления в силу, то есть находится ровно в той же точке, где сейчас находится соглашение о брокерах и дилерах.
Дальше цикл занял около полугода. В России Государственная дума и Совет Федерации ратифицировали соглашение в конце июня — начале июля 2025 года; постановление об одобрении федерального закона о ратификации было принято Советом Федерации 2 июля 2025 года. В Беларуси Совет Республики ратифицировал документ в те же сроки, в конце июня 2025 года. К середине 2025 года соглашение прошло ратификацию в ключевых странах Союза — то есть от подписания до практического действия прошло порядка пяти-шести месяцев.
Показателен и практический статус. Сразу после подписания, в феврале 2025 года, Министерство финансов Беларуси описывало эффект в будущем времени — эмитенты смогут получить упрощённый допуск. К августу 2025-го, уже после вступления соглашения в силу, формулировка изменилась на настоящее время: право действует. Между этими двумя точками — обычный для таких соглашений разрыв в несколько месяцев между подписанием и моментом, когда права из текста становятся практически применимыми.
Если соглашение о допуске брокеров и дилеров пройдёт тот же путь во всех пяти странах, оно логически замкнёт эту конструкцию. Соглашение о трансграничном допуске ценных бумаг уже определяет, какие бумаги можно продавать за пределами страны регистрации эмитента; соглашение о брокерах и дилерах — при условии ратификации — определит, кто сможет эти сделки исполнять.
На практике это означало бы, что казахстанский брокер сможет по казахстанской лицензии напрямую выставлять заявки на Московской бирже, Белорусской валютно-фондовой бирже, Евразийской (Ереванской) и Кыргызской фондовых биржах — примерно так же, как белорусские эмитенты сегодня формально вправе претендовать на упрощённый допуск на биржи ЕАЭС, включая KASE (хотя, как показано ниже, подтверждённых случаев, когда этим правом кто-то реально воспользовался, пока не находится).
Принципиальное ограничение, впрочем, останется прежним: это доступ к исполнению сделок, а не к клиентской базе — набирать клиентов в других странах ЕАЭС брокер по-прежнему не сможет.
Оговорка здесь необходима: полугодовой темп ратификации — это прецедент по соседнему документу, а не подтверждённый график по самому соглашению о брокерах и дилерах. Ни одна из пяти стран пока не опубликовала сроков его ратификации, и повторение того же темпа не гарантировано.
Что дальше
Для казахстанского брокерско-дилерского сообщества практический эффект соглашения появится не раньше завершения ратификации во всех пяти странах Союза. До этого момента доступ к биржам ЕАЭС для местных участников рынка остаётся таким же, как и был: через отдельные национальные лицензии и, где они уже существуют, через ранее подписанные механизмы трансграничного допуска к размещению и обращению ценных бумаг.
На вопрос, что это значит для бизнеса брокерских компаний, Акмаев отвечает взвешенно: расширение возможностей по исполнению сделок, рост потенциальных торговых объёмов и доступ к более широкому набору инструментов и площадок — реальные плюсы, включая развитие маркет-мейкинга на иностранных площадках. Но говорить о полноценном новом источнике дохода только на основании самого соглашения пока преждевременно, реальный эффект будет зависеть от объёма фактических операций и того, насколько эффективно новый механизм будет реализован на практике.
