Зачем Казахстану региональный исследовательский центр по редкоземельным металлам?

О том, что Казахстан готов создать на своей территории региональный исследовательский центр по редкоземельным металлам, Касым-Жомарт Токаев заявил, выступая на круглом столе "ЕС — Казахстан" в Брюсселе. Зачем вообще нужен отдельный центр для исследования редкозёмов, рассказывает National Business Kazakhstan.

В начавшейся несколько лет назад мировой гонке за редкозёмами РК старается не оказаться в числе аутсайдеров и активно рекламирует себя на международной арене. Причём на самом высоком уровне. О том, что Казахстан обладает большими запасами редких и редкоземельных металлов, Касым-Жомарт Токаев на различных международных площадках заявлял не раз. Можно считать, что это уже принесло пользу. Например, в виде прихода в Казахстан новых китайских и американских инвесторов, как раз в сферу добычи редких металлов.

Теперь настало время ЕС. О том, что Казахстан может быть интересен Евросоюзу как источник редкозёмов, сообщалось ещё в начале года. Касым-Жомарт Токаев также напоминал о крупных запасах во время общения с европейскими лидерами. А выступая на круглом столе в Брюсселе, презентовал этот потенциал представителям европейского бизнеса.

"Казахстан готов поставлять 21 из 34 минералов, включённых в перечень критически важных сырьевых ресурсов ЕС. Чтобы максимально использовать этот потенциал, мы предлагаем модель сотрудничества по схеме офтейка. Это будет способствовать развитию внутренней переработки и созданию производств с высокой добавленной стоимостью. Результатом этого партнёрства станет создание Регионального исследовательского центра по редкоземельным металлам".

Предложение для Евросоюза очень актуальное. Ещё в 2023 году европейские эксперты отмечали низкую дифференциацию поставок редкозёмов и других ценных минералов на свой рынок. Например, по данным Евростата, в 2022–2024 основной объём импорта редкоземельных металлов в ЕС осуществляли три страны: Китай, Малайзия и Россия. Причём доля Китая за эти три года выросла с примерно 40 % до 46,3 %. В денежном эквиваленте, по данным Евростата, в 2023 году за 18,3 тысячи тонн ЕС заплатил импортёрам 146 миллионов евро.

Хотя в абсолютных цифрах объёмы китайских редкозёмов уменьшались — с 7,4 тысячи тонн в 2022-м до 6000 тонн в 2024-м. И в целом импорт этих металлов в ЕС сократился примерно на 30 % — с 18 тысяч тонн до 12,9 тыс. 

Возможно, свою роль в этом сыграл документ, принятый ЕС в 2024 году, согласно которому, во-первых, страны Евросоюза должны обеспечить минимум 10 % добычи редкозёмов на своей территории. А во-вторых, увеличить дифференциацию импорта этой продукции. Так что предложение Токаева европейским партнёрам на этом фоне выглядит вполне логичным.

Данных за 2025 год в докладе, естественно, нет. Но, например, вольфрама, который относится к редким, а не редкоземельным металлам, Китай в 2025 году экспортировал 2,4 тыс. тонн. Хотя и добыт он был "дочкой" китайской Jiaxin International Resources Investment Limited.

Но даже если европейские инвесторы придут на казахстанские месторождения и приступят к добыче редкозёмов, извлечённая продукция должна будет пройти сертификацию на соответствие европейским стандартам качества. Подтвердить это могут профильные лаборатории, имеющие необходимую аккредитацию. В Казахстане этим занимается Национальный центр аккредитации. Согласно сайту НЦА, он является партнёром трёх ресурсов:

• Международного форума по аккредитации (IAF);
• Международного сотрудничества по аккредитации лабораторий (ILAC);
• Азиатско-Тихоокеанского сотрудничества по аккредитации (APAC).

В целом это даёт право казахстанским лабораториям, занимающимся сертификацией в том числе горно-рудной продукции, выдавать сертификаты для международных рынков. Но как минимум часть компаний из сферы ГМК предпочитает обращаться не в местные лаборатории, аккредитованные НЦА, а в зарубежные, зарекомендовавшие себя в качестве крупных игроков уже на рынке сертификации. Такой подход носит скорее репутационный характер.

Например, ERG в апреле этого года сообщала о получении международной декларации на окружающую среду, после оценки продукции "Казхрома" швейцарской компанией SGS, имеющей представительство в РК.

В случае с Казахстаном определённое недоверие со стороны зарубежных партнёров может добавить то, что у нас в стране действует несколько стандартов. В РК активно внедряются международные, в том числе европейские стандарты соответствия продукции.

Конечно, вряд ли лаборатория, занимающаяся сертификацией по международному стандарту, тем более продукции, предназначенной для иностранного рынка, будет ориентироваться на советский ГОСТ. Но сам факт такой задвоенности стандартов может вызвать недоверие.

Для ЕС же добавляется ещё паспорт безопасности Material Safety Data Sheet (MSDS). Выдача его регулируется "Регламентом REACH" — документом, определяющим обращение с химическими веществами на территории Евросоюза.

MSDS, в частности, подтверждает, что при производстве продукции были соблюдены экологические нормы. В Казахстане выдачей такого паспорта занимаются различные организации, но все они, естественно, децентрализованны.

Если это действительно так, то тактика вполне оправдана. Во-первых, потому что это сократит недропользователям время на поиск аккредитованной лаборатории. Во-вторых, это будет узкопрофильная организация, к тому же созданная при сотрудничестве с ЕС, а, стало быть, может быть расчёт на хорошую репутацию с первых дней существования. А слово "региональный" в названии предполагает, что охватить центр должен не только Казахстан, а всю Центральную Азию.